Ведущий: Спасибо большое выступающим. Сейчас я передаю слово Николаю Николаевичу Зиновьеву. Мне это особенно приятно, потому что он победитель прошлых Конкурсов русских инноваций. Главный специалист по терагерцам, школа Абрама Иоффе и Алферова.
Зиновьев Н. Н., главный специалист по терагерцам, школа Абрама Иоффе и Алферова:
Я работаю в физико-техническом институте имени Иоффе и с 91-го года, 18 лет, провел в Великобритании. Профессор физики в трех университетах - в Ноттингеме, в Лидсе и в Дареме, один из основателей компании Durham Photonics Ltd и директор по науке до января этого года. А также научный консультант российской высокотехнологичной компании Telex из Петербурга. В настоящее время нам удалось наконец построить хорошую современную лабораторию. Область научных интересов — это когерентная оптика ультракоротких импульсов, терагерцовая фотоника, спектральный имиджинг, микроскопия и наноскопия с использованием оптики терагерцового диапазона.
Уже тут говорили о том, что наряду с инвестициями в приборную и инструментальную базу необходимо инвестировать в человеческий фактор. И вот во всех институтах мы ощущаем резкое обеднение функций распределения на средних и молодых возрастах. То есть в физтехе, например, я думаю, что максимум этого распределения находится в районе 50 лет и старше. Молодежь нужно, конечно, финансировать соответствующим образом.
Вопрос о том, лучше уезжать или не уезжать... Мне кажется, что все-таки лучше работать здесь. Особенно в последнее время создаются какие-то возможности, улучшается и аппаратурное обеспечение. Но я хотел бы остановиться на том, что не очень хорошо и что мешает развитию. С научной стороны вначале.
Вот наши научные гранты. Хорошо бы так, чтобы зарплата базовых сотрудников была бы достаточной и соответствовала их статусу. А что касается молодежи, на средства этих грантов необходимо привлекать аспирантов (собственно, как это я делал, находясь в Великобритании) постдоков, но не доплачивать надбавки научным сотрудникам, потому что это все приводит к некоторым злоупотреблениям и к распылению средств. То есть должна быть фиксированная нормальная зарплата базовых сотрудников, основных — staff members, что называется. А вот аспиранты и постдоки должны существовать как-то и на западных грантах, на период 3-4 лет. Это позволит строить компактные, динамичные научные коллективы, избегать вот этого безудержного разрастания численности научных структур.
Что касается инноваций. Я хотел бы остановиться на нескольких простых примерах: что мешает, что создает значительные трудности для малой компании прежде всего.
Вот смотрите, если вы продаете линзу, например, которая стоит 100 долларов, по причинам финансовой регуляции в России вы можете принять оплату от иностранных потребителей в виде телеграфного перевода, который стоит 75 долларов. То есть к цене контактной линзы добавляется вот эта цена. В этом отношении российская компания сразу ставится в очень невыгодные условия по сравнению с конкурентами в Европе или в Америке. Потребители не могут оплатить, например, кредитной карточкой или банковским чеком. Это регуляция нашего Центробанка.
Второе — корпоративные карты, которыми фактически можно пользоваться, только приглашая коллег, условно говоря, в ресторан, но вы не можете оплатить, например, ни стоимость выставки, ни забронировать билет, например, и т. д. Это тоже проблема.
Третья проблема связана с лицензированием, то есть с продукцией так называемого двойного применения, которая требует соответствующей сертификации этого продукта. И в настоящее время организация, которая занимается этим делом, существует в единственном числе. То есть это монополизм — это первое. Второе — цена этой услуги растет, и за последние три года она возросла более чем в два раза, что, естественно, тоже является сильным тормозящим фактором в России. Если, опять же, взять пример, аналогичный той же линзе, то стоимость вот такой услуги составляет примерно 200 долларов на отправку конкретной продукции. И если вы отправляете небольшую партию, то, естественно, вы вынуждены платить, вкладывать эти оплаты в себестоимость продукции, которая становится высокой. И, естественно, малая компания тоже терпит своего рода убытки.
Этот ряд на самом деле можно продолжить. В частности, приведенные примеры вообще требуют минимальных вложений энергии в дело соответствующего улучшения условий — экспортных условий и т. д. Вот это я хотел сказать в своем выступлении.
А что касается удобрения почвы и посадки деревьев, я целиком присоединяюсь к высказанным ранее выступлениям. Это все, конечно, важно, но в деталях, как говорится, всегда сидит черт. И если посмотреть на множество этих мелких деталей, то можно обнаружить, сколько достаточно простых вещей можно осуществить, чтобы улучшить положение научных сотрудников.
Ребриков Д. В.: Мне кажется, все три перечисленных Вами причины отчасти имеют место быть. Но на самом деле, ребята... если здесь есть молодые ребята, которые хотят что-то старт-апить... Пожалуйста, даже не пытайтесь старт-апить, если рентабельность вашего бизнеса не будет больше 1000%. Вы должны, сидя в России, делать продукцию, у которой себестоимость — три копейки, а продавать ее за 3000 долларов. Вот какая должна быть инновация.
Фиговский О., International Nanotechnology Research Centre «Polymate», director R&D: Я очень много лет сотрудничаю с Воронежским университетом, и у меня там есть докторанты. Я подчеркиваю: докторанты, которые защищаются в 30-32 года, один из них уже первый проректор. Но с чем я сталкиваюсь? С совершенно дикой ситуацией! Я хочу отправить какой-то материал. Если это 10 г или 100 г для биологических исследований — это очень хорошо. Но я занимаюсь массивными материалами, я должен отправить 50 килограмм. Я готов эти 50 кг отправить бесплатно, это мои расходы. Но когда эти 50 кг приходят на аэродром, то требуется лицензировать. А я же занимаюсь новыми материалами, его надо лицензировать. За это с нас берут 2000-3000 долларов! Вот ведь в чем проблема.
Мы выходим из этого положения, безобразно выходим: посылаем по 8 кг спецпочтой.
Ребриков Д. В.: Когда я начал мое выступление, я ровно это и сказал. Я сказал: фундаментальная наука, наверное, в очень многих областях, к сожалению, проигрывает. Вот если человек хочет оставаться в фундаментальной науке и делать научные разработки, она проигрывает здесь. Здесь человек будет чувствовать себя гораздо хуже. Если у меня бизнес, то, я вас уверяю, специальный человек — менеджер — наладит регулярную отправку грузов по 50 кг в любую страну мира.
Мицельмахер Г.: профессор Университета Флориды (США): Я хотел сказать, что я занимаюсь фундаментальной физикой, и, тем не менее, при создании эксперимента в CERN на большом адронном коллайдере я руководил проектом, в котором мы сотрудничали в том числе и с Россией, несколько десятков стран было. И мне приходилось сталкиваться с той стороны с бюрократическими таможенными проблемами в России. Это был совместный проект, мы что-то делали там, переправляли в Россию, что-то строили здесь, переправляли в Швейцарию и т. д. Я не думаю, что мне нужно объяснять, и похоже, что все это видят, — к сожалению, уровень бюрократии и нечистоплотности в некоторых местах в стране просто невероятно велик. И это мешает всем.
Я не думаю, что этот форум в состоянии эти проблемы решить, но это одна из проблем. Наверное, большой бизнес как-то умеет это преодолевать. Даже в нашем деле мы это как-то преодолели, но это стоило денег, в данном случае стоило американских денег, но которые давались русским партнерам, и они находили способ решить эти проблемы. Но этот способ, честно говоря, был не лучшим.
