Направления совершенствования законодательства о залоге

Введение

С момента принятия закона «О залоге» (1992 г.) и части первой Гражданского кодекса РФ (1994 г.) регулирование основ залоговых отношений (отношений из обеспечения) в российском законодательстве не претерпело сколь либо заметных изменений. В момент разработки указанных законодательных актов национальный финансовый рынок находился на этапе становления, поэтому его потребности и интересы фактически были проигнорированы законодателем. Особенности функционирования современного кредитно-денежного рынка, а также рынка капиталов (ценных бумаг) практически не были учтены законодателем при формулировании правил, касающихся обеспечения исполнения обязательств, в том числе залога.

По мере развития российского финансового рынка становится все более очевидным, что текущее регулирование залоговых отношений является существенным ограничителем (тормозом) дальнейшего роста объемов кредитования реального сектора экономики и розничных потребителей, барьером на пути внедрения современных механизмов риск-менеджмента, причиной неконтролируемого увеличения кредитных, процентных и валютных рисков финансовой системы в целом, наконец, фактором, снижающим конкурентоспособность России (и национального финансового рынка).

Основополагающими (концептуальными) проблемами российского законодательства о залоге, по-видимому, можно признать следующие:

Действующая конструкция залога защищает прежде всего интересы должника-залогодателя, а не кредитора-залогодержателя. В этом смысле она является социально-, а не финансово-ориентированной, поскольку обеспечивает приоритет интересов должника (в частности, физического лица, гражданина), а не кредитора (кредитной организации).
Нормы гражданского законодательства, регулирующие отношения залога (форму договора, права и обязанности сторон, порядок обращения взыскания и реализации предмета залога) в значительной степени имеют императивный характер и не допускают установления специальных режимов для отдельных категорий рыночных субъектов (например, финансовых организаций, кредитных организаций и пр.) и отдельных видов имущества (за исключением движимого и недвижимого).
В российском праве в принципе отсутствуют способы обеспечения, основанные на передаче правового титула (права собственности или иного вещного права) кредитору, использование которых теоретически позволяет кардинально упростить процедуру удовлетворения требований кредитора в случае неисполнения должником своих обязательств (немедленное изъятие обеспечения, вступление во владение, исключающее предварительное судебное разбирательство). Более того, попытки участников рынка сконструировать подобные обеспечительные механизмы, основываясь на принципе свободы договора, неоднократно наталкивались на нежелание судебных инстанций, признавать подобные конструкции: суды квалифицировали возникающие здесь отношения, используя известные правовые институты (в частности, сводили права из обеспечения к залоговому праву).
Проблемы процессуального права и судебного толкования. Слабость судебной системы, помноженная на достаточно сложный и длительный порядок судебного разбирательства, предусмотренный Гражданским процессуальным кодексом РФ (ГПК РФ) и Арбитражным процессуальным кодексом РФ (АПК РФ), существенно повышают риски кредиторов и их потенциальные убытки в случае неисполнения должниками своих обязательств.