Рынок ESG-кредитования: в ожидании стимулов

Поделиться

VK

Резюме

• Объем портфеля вырос на 19,5% и достиг 9,7 трлн рублей на фоне новых выдач и дальнейшего развития практики идентификации и маркировки ESG-кредитов. Стимулирующее регулирование пока не стало массовым фактором роста рынка.
• Практика неоднородна: банки различаются по глубине идентификации портфеля, стратегическому закреплению и готовности применять регуляторные стимулы.
• Зеленые и социальные кредиты формируют 62,6% портфеля, на четыре крупнейшие отрасли приходится 87,0%.
• Базовый прогноз к середине 2027 года оценивается в 10,7–11,2 трлн рублей, при активном применении стимулирующего регулирования объем может достичь 11,6–12,1 трлн рублей.

Агентство «Эксперт РА» провело исследование для оценки рынка ESG-кредитования¹ по состоянию на 1-е полугодие 2026 года. Респондентами выступили 90 кредитных организаций.

Итоги отчетного периода: рынок прибавил почти 20%. По оценке агентства «Эксперт РА», за период 01.07.2025–01.07.2026 объем портфеля ESG-кредитов российских кредитных организаций составил 9,7 трлн рублей, увеличившись на 1,6 трлн рублей. После более чем двукратного увеличения в 2024 году и роста на 48,5% в 2025-м динамика рынка стала более умеренной. При этом ESG-кредитование сохраняет положительную динамику: за год портфель вырос почти на 20%.

Доля системно значимых кредитных организаций (СЗКО) на 01.07.2026 составила 77,3%. Несмотря на то что в 2023–2025 годах наблюдалось некоторое снижение концентрации за счет опережающего догоняющего роста остальных банков, в отчетном периоде динамика изменилась. Портфель СЗКО увеличился на 22,4%, опередив рост остальных участников (10,6%). Это указывает на постепенное сглаживание эффекта низкой базы для некрупных игроков, в то время как масштабирование рынка по-прежнему в значительной степени обеспечивается ресурсами и экспертизой крупнейших участников.

В исследовании прошлого года агентство прогнозировало, что к середине 2026-го объем рынка достигнет 11 трлн рублей. Прогноз учитывал ожидаемый эффект от расширения стимулирующего регулирования и возможность применения нового механизма к финансированию приоритетных проектов устойчивого развития. Фактический объем не достиг ожидаемого уровня: регуляторный стимул оказался сложнее в практическом применении, чем виделось на этапе его анонсирования. Банкам потребовалась донастройка внутренних процессов для расчета экономии капитала, а главное – выгода не стала систематически передаваться заемщику, решение остается на усмотрение банка.

Стимул есть – массового эффекта нет. Практика применения стимулирующего регулирования находится на этапе формирования. Более половины банков – 53,8% – ожидают дополнительных разъяснений по применению механизма, еще 23,1% не видят достаточной экономической целесообразности для активных действий. 17,9% респондентов активно прорабатывают подходы к использованию механизма в своих сделках.

Среди банков с маркированным портфелем готовность выше: 50,0% активно прорабатывают применение стимулирующего регулирования, 33,3% продолжают наблюдать за практикой и ждут уточнений.

В опросе, инициированном комиссией по ответственному финансированию совета ТПП РФ по устойчивому развитию, КСО и корпоративному волонтерству,² банки назвали главными барьерами неготовность заемщиков к верификации (11 из 13) и нехватку проектов (10 из 13). При этом тезис о нехватке проектов можно оспорить, как минимум, в строительном секторе. По данным ЕИСЖС,³ на 01.10.2026 число строящихся многоквартирных домов, имеющих класс энергоэффективности А+ и А++, достигает 1 625. Это значительный объем проектов, соответствующих критериям приоритетных зеленых.

Вместе с тем, периметр нового механизма не охватывает все поле ESG-кредитования: он распространяется на финансирование приоритетных зеленых и переходных проектов, соответствующих критериям постановления Правительства РФ № 1587⁴ (далее – ПП РФ № 1587) и прошедших независимую верификацию. По состоянию на 01.10.2026 верификацию прошли только три кредитные сделки общим объемом 68,4 млрд рублей.

При этом для применения предусмотренной инструкцией Банка России № 220-И от 26.05.2025⁵ корректировки кредитного риска одной верификации недостаточно: кредит и проект должны одновременно соответствовать ряду дополнительных требований, а размер регуляторного эффекта зависит от качества кредитного требования. Сужают круг потенциальных проектов и особенности структуры финансирования: ряд проектов объективно предполагает сопутствующие затраты, формально не являющиеся целевыми в соответствии с ПП РФ № 1587, и кредит, содержащий даже минимальную долю таких затрат, не может быть признан приоритетным зеленым или переходным. Кроме того, стимулирующее регулирование не распространяется на социальные проекты, что ограничивает его эффект для этого сегмента. Регулятор планирует вносить изменения в механизм, что может расширить его охват и в первую очередь повысить экономическую эффективность применения стимула по верифицированным проектам.

Таким образом, ожидаемый регуляторный импульс пока не стал массовым фактором роста рынка. Для значительной части банков механизм остается либо методологически неопределенным, либо недостаточно экономически обоснованным для активного применения.

Практика есть, системы пока нет. Среди банков с маркированным портфелем 60% респондентов связывают рост портфеля с новыми выдачами, впоследствии отнесенными к категории ESG. Это позволяет предположить, что практика отнесения кредитов к категории ESG у них постепенно встраивается в текущий кредитный процесс.

ESG-кредитование пока не получило широкого стратегического закрепления. 40,5% респондентов не фиксируют развития направления в стратегических документах, а количественные целевые показатели есть только у 8,1% банков. Среди банков с маркированным портфелем стратегическое закрепление встречается заметно чаще: у 30,0% утверждены количественные цели, еще у 30,0% направление включено в общую ESG-стратегию без отдельных КПЭ.

Практика обучения работе с ESG-кредитами также развита неравномерно. 66,7% банков не проводят специального обучения по ESG-кредитованию для сотрудников и клиентов. У банков с маркированным портфелем ситуация заметно лучше: половина уже проводит обучение для сотрудников и (или) клиентов, тогда как среди банков без маркированного портфеля оно пока не проводится. Разница объяснима: банки с маркированным портфелем, как правило, работают с ESG-кредитами дольше и раньше начали выстраивать практики обучения.

Банки связывают развитие направления прежде всего с внешними условиями, а не с внутренними управленческими решениями. Меры государственной поддержки и расширение нормативной базы совокупно получили 59,0% ответов, тогда как совершенствование внутренних методик идентификации – только 14,5%. Это показывает, что рынок пока не перешел к самодостаточному росту. Уточнение регулирования и появление ощутимой экономической мотивации могут превратить внешние стимулы в катализатор развития внутренних методик, целей и компетенций.

От намерений к проектам. Рынок по-прежнему концентрируется вокруг наиболее зрелых категорий инструментов, что проявляется в постепенном смещении структуры портфеля от инструментов, стимулирующих общие намерения заемщиков, к финансированию конкретных проектов с более понятными критериями и измеримыми эффектами. Зеленые кредиты продолжают доминировать, занимая 56,0% портфеля; вместе с социальными (6,6%) они формируют уже 62,6% рынка против 58,1% годом ранее. Кредиты, привязанные к КПЭ устойчивого развития, несколько сократили долю – до 35,8 против 39,1%, – но сохраняют значимую роль. При этом качество кредитов, привязанных к КПЭ устойчивого развития, неоднородно: привязка к измеримым показателям дает более убедительный эффект, чем ориентация на принятие политик или намерений. Без раскрытия конкретных ковенант невозможно однозначно оценить вклад каждого такого кредита, а высокая доля этого инструмента в портфеле сохраняет риск размытия реального воздействия.

На периферии рынка – переходные кредиты, кредиты устойчивого развития и климатического перехода, совокупная доля которых за год уменьшилась с 2,7 до 1,6% портфеля. И это, несмотря на то что переходные проекты наряду с зелеными, могут претендовать на регуляторную льготу в рамках стимулирующего регулирования. Во многом это объясняется спецификой данного сегмента: как правило, речь идет о масштабных проектах модернизации в углеродоемких отраслях, которые требуют значительных инвестиций и сопряжены с рядом технологических и инфраструктурных ограничений.

Что касается классификации, среди банков с промаркированным портфелем внутренние методики остаются наиболее распространенным подходом: их применяют 44,4% банков. Критерии ПП РФ № 1587 используют 37,0%, принципы ICMA – 18,5%.

При этом банки активно комбинируют подходы: только по критериям ПП РФ № 1587 классифицируют портфель 18,8% банков, только по внутренней методологии – 31,3%, комбинацию ПП РФ № 1587 и внутренней методологии используют 18,8%, а все три – 25,0%. Таким образом, ПП РФ № 1587 в той или иной форме используют 62,6% банков с промаркированным портфелем.

Рост доли национальных критериев – позитивный сигнал, но к единообразию практики он пока не привел. Банки продолжают комбинировать ПП РФ № 1587, внутренние методики и принципы ICMA в разных пропорциях, а стимулирующее регулирование, распространяющееся только на верифицированные приоритетные проекты, к настоящему моменту не оказало влияния на унификацию подходов по классификации. Пока внутренние методологии не публикуются, оценить сопоставимость заявленных ESG-портфелей между банками затруднительно.

Четыре отрасли, 87% портфеля. Отраслевая структура ESG-кредитования сохраняет высокую концентрацию: на четыре крупнейших направления приходится 87,0% портфеля против 84,9% по состоянию на 01.07.2025.

Лидером остается зеленое строительство с долей 46,3%, далее следуют зеленый транспорт (19,7%), создание доступной инфраструктуры (11,8%) и зеленая энергетика (9,2%). На все направления за пределами четырех лидеров приходится 13,0%, крупнейшим из них остаются металлургическая и горнодобывающая промышленность с долей 2,9%.

Рынок перешел от фазы активного перераспределения к фазе консолидации вокруг уже сформировавшихся направлений, отличающихся относительной простотой идентификации, что коррелирует со структурой рынка облигаций финансирования устойчивого развития.

Рынок в режиме ожидания. Стимулирующее регулирование пока не стало драйвером роста, а практика остается неоднородной: банки различаются по глубине идентификации портфеля, наличию стратегических целей и готовности применять регуляторные стимулы. Рынок ESG-кредитования сохраняет значительный масштаб, однако темп роста замедлился до минимального за весь период наблюдений.

При сохранении умеренных темпов прироста (на уровне 10–15%) базовый сценарий предполагает объем рынка 10,7–11,2 трлн рублей к середине 2027 года. При более активном применении стимулирующего регулирования и расширении практики верификации рынок может достичь примерно 11,6–12,1 трлн рублей.

Пока рынок находится скорее в режиме ожидания дальнейшего развития внешних стимулов, чем в фазе активного внутреннего развития. Без более четкой регуляторной рамки и понятной экономической целесообразности для всех участников потенциал ESG-кредитования рискует остаться нереализованным в полной мере.